Они показались ему очень похожи на следы либо кошачьих когтей, либо женских ноготков. И пока Тихонов приводил себя в порядок, следователь отправил в полицейскую управу запрос. Он наказал своему помощнику быстро проверить ногти погибшей Королевой. Тело девушки вот уже три дня лежало там же, при управе, в морге. Родители убитой уже просили дозволения похоронить дочь, но Одиноков уговорил их подождать еще два дня. И сейчас радовался тому, что сделал так. Ведь в присланной ему бумаге говорилось: под ногтями правой руки убитой есть частички человеческой кожи.

Вернувшись в примерочную, следователь пристально поглядел на парня. Тот вновь заметно нервничал, не спускал глаз с раскрытого конверта и бумаги в руке следователя. Тот заметил это, легонько помахал листком в воздухе.

— Вот что, Тихонов, — сказал. — Нинель Королева, судя по многим признакам, сопротивлялась своему убийце. И, между прочим, хватила его ногтями по щеке — оставила, похоже, отметины. Не они ли это?

Он вновь вскинул руку к лицу молодого человека, но уже более резко, чем первый раз. Егор отшатнулся, вскочил со стула. Быстро прижал ладонь к щеке, словно хотел спрятать царапины.

— Нет! — вскрикнул пронзительно, но тут же перешел на полушепот. — Это на катке, на катке!

— Слишком много совпадений, молодой человек!

Не отрывая глаз от парня, следователь приоткрыл портьеру, сделал знак, и тут же в приемную шагнул городовой.

Через час Одиноков уже докладывал об аресте предполагаемого убийцы полицмейстеру Вахрушеву.

— Я сразу заметил, что этот Тихонов очень быстро возбуждается, то в ярость впадает, то в истерику. С Королевой он встречался, отношения у них были близкими, но, похоже, убитая его серьезно не воспринимала. Во всяком случае — не отказывалась от других знакомств и ухажеров. Такой человек, как Тихонов, мог сильно ревновать. Не дождавшись Королевой на катке, пошел к ней, разыгралась ссора, и… Она сопротивлялась, исцарапала его.